среда, 13 февраля 2013 г.

Я - КИНОМЕХАНИК. Воспоминания и дневники моего отца МОСКВИНА Ивана Уваровича.


В апреле 1931 года, закончив учебу, я получил удостоверение киномеханика и поехал домой. На этот раз ехал в вагоне поезда, как пассажир - с билетом в кармане, имея немного деньжат и продукты, закупленные мною в магазине "Смычка". Никто меня не боялся, и я никого не боялся, в общем - был на равных со всеми.
На станцию Ояш поезд прибыл в середине дня. С вокзала, если можно было назвать эту сараюшку вокзалом, я тронулся в путь в надежде, что кто-нибудь подберет меня по дороге. Машины в ту пору были редкостью, в основном - гужевой транспорт. Дорогу до Тогучина я знал, вернее, запомнил, когда ехали в Ояш с дядей Яшей. Снег почти весь сошел, но погода была прохладная. Земля и лужи подмерзли. Я шел быстро и легко. До первой небольшой деревушки добрался, не встретив ни одной подводы. Солнце скрылось за горизонтом, начало темнеть.
Вошел в одну небогатую хату без стука, остановился в дверях, поздоровался, но никто мне не ответил. Спросил:
- Есть кто дома?
- Есть! Проходи! - послышался женский голос, и из соседней комнаты вышла девушка лет восемнадцати. Увидев незнакомца, она попятилась, потом, хоть и растерянно, все же пригласила меня пройти в комнату. Войдя, увидел: за накрытым столом сидят старушка и мальчик лет пяти.
- Можно ли у вас переночевать?
Старушка спросила кто я, и после короткого пояснения разрешила располагаться. Она еще долго меня расспрашивала, а после забралась на полати и затихла.
Я спал крепко, но проснулся рано. Солнце еще не взошло. Встал, умылся, стал собираться, но хозяйка усадила меня за стол, предложила чай с пирожками. Покушав, я подал Матрене Ивановне (так она себя назвала) деньги за ночлег и завтрак.
- Что ты, что ты! - замахала она руками, - Какие деньги?! Иди с Богом, пусть тебе счастье встретится на пути!
И я ушел, благодарный этой доброй сибирской старушке.

До села Гутово дорога была пуста. Воздух с повышением солнца потеплел. Земля покрылась скользкой, как клей, массой. Идти стало труднее, пришлось часто останавливаться, выбирая место посуше. Тем не менее, до Гутова дошел благополучно.
Солнце стояло еще высоко, усталости не было, и я решил идти к Тогучину с намерением засветло добраться до села Кудрино.

В конце деревни меня догнал молодой парень на кауром коне, запряженном в ходок. Поравнявшись со мной, он остановил коня, крикнул:
- Садись, паренек!
Я быстро вскочил к нему в ходок. Ехали не скоро, разговаривали. Когда он узнал, что я добираюсь в Тогучин за назначением, он пристально посмотрел на меня и сказал:
- Просись, парень, к нам, в Гутово, мы давно не видели кино. Клуб у нас есть, принят будешь хорошо. Оказалось, что этот молодой человек лет тридцати был председателем местного колхоза "Вперед", и звали его Федором Ильичом. За время пути обо многом мы с ним говорили. На место приехали уже под вечер. Он спросил:
- Где ночевать-то будешь?
- У знакомых, - соврал я. Поблагодарив его, пошел по улице. Вскоре встретил какую-то женщину, спросил у нее, где райпотребсоюз.
- Вон там! - показала она рукой вдоль улицы, - на углу, с голубыми наличниками. Да там написано, - пояснила она. - Только сейчас никого нет, один сторож.
Знакомых у меня в Тогучине не было, и я отправился в райпотребсоюз. Сторож-старик был добрым человеком, после расспросов оставил меня в сторожке, да еще и накормил. Утром начальство, проверив документы, отправило меня в кинопрокат, а вечером я уже вернулся в Гутово, познакомился с клубом, осмотрел аппаратуру и пошел к председателю.


Федор Ильич встретил хорошо, поставил на квартиру к пожилым людям недалеко от клуба. На другой день я получил лошадь и поехал в Тогучин за кинолентой. Это была картина "Кастусь Калиновский" о герое польского крестьянства. Вечером - продажа билетов, подбор охотников крутить динамо, постановка семи частей кино. Первая самостоятельная демонстрация фильма прошла удачно, мой ГОЗовский аппарат работал нормально, был полный клуб людей. Когда закончился фильм, в зале загорелись фитили красноватых ламп, я убрал аппарат, коробки с лентами, вышел из клуба. У порога ждали ребята. Каждый лез с расспросами: как это сделано, что люди бегают? Я пояснял, как мог. Так началась работа и дружба с деревенскими ребятами и девчатами.