четверг, 14 февраля 2013 г.

ДАЛЁКИЙ ПУТЬ. Воспоминания и дневники моего отца МОСКВИНА Ивана Уваровича.


2 апреля 1939 года. Город Омск.

Сегодня мы после теоретических занятий были на стрельбище. Майор Кашаев уж очень просил нас стрелять из винтовок не торопясь, стараясь не мазать.

- Это может скоро понадобиться - как для вас самих, так и для ваших подчиненных.


20 июня. Мы находимся в лагерях Черемушки. Ночь наступила тихая, лунная. В три часа на восточном небосклоне из-за березовой рощи видны отблески начинающегося рассвета. Небо постепенно розовеет, словно художник накладывает краски по серо-голубому полотну.



Где-то в лесу слышен гудок сирены - протяжный, подвывающий. Тишина леса огласилась урчанием моторов, криками людей.
- Что это? - спросил меня, проснувшись, физрук Греков.
- Тревога, - ответил я, быстро одеваясь.
Греков, как обожженный, вскочил с постели, и энергичными движениями привел себя в боевой порядок.
Крупными шагами, переходя на бег, мы стремительно отправились в свои подразделения. Я - к командиру парковой батареи, он - в штаб полка. 

Командир батареи лейтенант Помозов был уже в подразделении. Из палаток один за другим выскакивали бойцы, становились в строй. По приказу лейтенанта мы повзводно двинулись в парк готовить машины для загрузки боеприпасов, вещевого и продовольственного имущества. 



Прошло немного времени. В пятом часу начали выдвигаться на дорогу сначала артдивизионы на тракторной тяге (были у нас два таких - НАТИ-5), а затем третий дивизион на конной тяге. Мы замыкали колонну.

Когда полк вытянулся на дороге, командир полка майор Андреев собрал командный состав, поставил задачу и отдал приказ на марш. Двигались в среднем темпе, конный дивизион - легкой рысцой.

- Куда едем, товарищ младший лейтенант? - спросил меня водитель Аржанников.
- Коль поехали - куда-нибудь приедем, - ответил я неопределенно.

Вскоре мы увидели окраину Омска. Проезжая город на малой скорости, мы стали встречать идущих по улице людей. Они останавливались, смотрели нам вслед. Пройдя восточную часть города, мы вышли к железной дороге, остановились. Командир первого дивизиона 152-миллиметровых гаубиц капитан Белый - высокий, стройный, очень строгий - собрал командиров батарей и отдал приказ грузить трактора и орудия на поданные платформы. Стало ясно, в каком направлении мы едем, а куда приедем в эшелоне - покажет семафор.


Погрузочная площадка длинная - почти на весь эшелон. Одновременно стали грузиться дивизионы Белого и Гусева. Через два часа эшелон с загруженными платформами отошел от площадки и скрылся за поворотом. Вместо него подали смешанный эшелон - с платформами и крытыми вагонами. В него грузили третий дивизион на конной тяге, штаб и парковую батарею: орудия и автомобили - на платформы, лошадей, сено, фураж - в крытые вагоны. К двенадцати часам дня погрузка закончилась. 

Я, спросив разрешения у командира батареи, быстро помчался к жене. Собрались и поехали на вокзал: нужно было успеть отправить ее к родне в Челябинскую область. Как на грех, случилась беда. В трамвае я потерял гомонок с деньгами. Там было четыреста рублей. Пришлось достать из чемодана костюм и отправиться на базар. К счастью, покупатель сразу нашелся. Продав костюм и отправив жену, я вернулся к месту погрузки. 

Вскоре наш эшелон тронулся в путь. Едем час, другой, вот уже и ночь, а паровоз мчит нас все дальше на восток, почти без остановок. Теперь уже никто не спрашивал, куда и зачем мы едем. На восток, значит, на Халхин-Гол. Там шли бои Красной Армии с японскими самураями. Спать не хотелось, но под утро сон все-таки свалил меня.