четверг, 14 февраля 2013 г.

БЕРДИЧЕВ. 24 ИЮНЯ 1941 ГОДА. Воспоминания и дневники моего отца МОСКВИНА Ивана Уваровича.


Когда тронулись из Саратова, нас провожали толпы людей - почти по всему пути, пока проезжали города и села. Бойцы, я, да и все, кто раньше ехал в крытых вагонах, перебрались на платформы с машинами и орудиями. Нам из толпы бросали букеты, в которых мы находили короткие записки с пожеланием победы. Весь первый день войны нас встречали и провожали. Когда проезжали поля, крестьяне бросали работу, бежали к нашим вагонам, кричали свои напутствия, желая скорой победы, многие плакали. 


Только к ночи на стоянках мы вернулись в свои вагоны. Сон покинул нас. Я не мог успокоиться за свою жену и дочерей, оставшихся в Хараноре - недалеко от монгольской границы. Японцы были в союзе с Германией, и это создавало опасность нападения на нашу Родину с манчжурской границы. Там у них была мощная военная группировка. Ночь мне показалась длинной и беспокойной.

С утра двадцать третьего всё повторилось, нас так же встречали и провожали, так же бросали на платформы цветы, а поезд шел быстро, делая остановки лишь на больших станциях. Из Саратова - на Сталинград, дальше на Донбасс через Дебальцево, Горловку, Черкассы, Белую Церковь - на Бердичев. Этот путь мы преодолели меньше, чем за двое суток.



В Бердичев прибыли ночью. Я вышел из вагона. Ночь была такая тихая! Полная луна при ясном небе освещала всё вокруг. Поезд стоял у площадки в молодом смешанном лесу. К разгрузке приступили все, и вскоре опустели платформы и вагоны с лошадьми. Быстро батареи покинули площадку, ушли вглубь леса. Мы продолжали разгружать продовольствие, фураж, боеприпасы, и всё грузили на машины. Разгрузка шла сразу из всех вагонов. 


Утро надвигалось быстро. Когда уже совсем рассвело, и солнце еще только появилось из-за горизонта, послышался рокот мотора. Над эшелоном пролетел со свистом Мессершмидт-109, а вскоре появилась группа бомбардировщиков Ю-88. Дружно открыли огонь по самолетам из счетверенных пулеметов зенитчики взвода Иванова Ивана Михайловича. Мощный огонь из четырех установок поджег один Ю-88. Самолет резко накренился, развернулся, полыхая огнем, пошел в сторону Полонной, и где-то вдали прогремели несколько взрывов, а потом из-за леса поднялся черный столб дыма. Остальные самолеты отклонились от цели, набрали высоту и снова пошли на эшелон, но огонь пулеметов, видимо, навел страх. Сбросив бомбы и не причинив нам вреда, юнкерсы улетели. Так что уже 24-го июня зенитчики и мы приняли первый бой с фашистами.

Вскоре разгрузка закончилась, порожняк ушел в сторону Белой Церкви. Мы перевезли весь груз в сосновый лес западнее Бердичева, где сосредоточивался полк, но в лесу стояли недолго. В середине дня нам объявили о необходимости сдать чемоданы со всем содержимым и указали пункт сбора вещей. Многие пошли к назначенному месту, писали адреса назначения, а я посмотрел на свой чемодачик, подумал: куда его посылать? Дойдет ли он к адресату? Подержал его в руках, размахнулся и бросил в кусты. Повернулся и пошел, не оглядываясь, к машинам взвода, где шла подготовка к маршу.

С наступлением темноты полк тронулся в направлении Шепетовки. На марше нас никто не беспокоил. Рано утром 25 июня полк прошел пункт назначения и расположился на отдых и выяснение обстановки за Шепетовкой, в сосновом лесу справа от дороги.